Auto-pravda.ru Воскресенье, 16.12.2018, 10:54

Обучение вождению и контраварийная подготовка

тел: +7(905)581-37-88
Гость | RSS
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
Меню сайта
Форма входа
Категории раздела
Критик [29]
Поиск
Расскажите о нас
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Критик » Критик

Российского военного летчика оштрафовали на 27 миллионов за неудачную посадку, часть 2

Кроме того, здесь следует учитывать психологическое состояние молодого летчика в таком важном для него полете. А если вспомнить, сколько лет он к нему шел, сколько препон ставили на его пути всевозможные «реформаторы», представляете, какое эмоциональное напряжение мог испытывать человек!

Из материалов дела. Вывод медико-психологической экспертизы (подписано пятью военными медиками, трое из которых доктора медицинских наук, двое — кандидаты):

«…Чрезмерное нервно-психическое напряжение в полете, обусловленное низким уровнем подготовки к полетам на малых высотах и чрезмерной мотивацией на успешное завершение полетного задания, могло привести к перенапряжению психических процессов, развитию феномена преждевременной психической демобилизации после успешного приземления, снижению контроля за параметрами и — как результат — возникновению ошибочных действий.

Конструктивный (эргономический) недостаток самолета Су-27П, связанный с отсутствием блокировки крана уборки шасси по обжатию стойки шасси на земле, способствовал тому, что ошибочное действие гвардии старшего лейтенанта Нефедова С.А., обусловленное вышеописанными обстоятельствами, привело к возникновению серьезного авиационного инцидента».

Здесь особо хотелось бы обратить внимание на то, что в выводах практически всех экспертиз говорится не об «авиационном происшествии», а именно об «инциденте». Для любого юриста разница этих понятий принципиальна: «инцидент» — это лишь предпосылка к летному происшествию.

В данном случае такая предпосылка повлекла за собой ремонт самолета, для которого, правда, даже не потребовалось привлекать специалистов ремзавода. Авиаинженеры части заменили поврежденные детали, используя свои запасы от старых машин, и Су-27П через три недели уже летал. Летчик тоже остался жив-здоров. Все вроде бы в порядке, но, несмотря на это, вдруг возникает «уголовная» статья 351 УК РФ «Нарушение правил полетов и подготовки к ним».

С юридической точки зрения «нарушение» — это умышленное действие, «ошибка» — действие без умысла. Нарушения в авиации действительно случаются. Когда, например, в кабине оказывается человек, который нарушает полетное задание, приказы командира, правила безопасности полетов. Все это может привести к тяжелым, необратимым последствиям.

Но разве в действиях Нефедова был умысел? Так для чего был запущен этот карательный механизм, который создает прецедент, позволяющий сделать теперь из любого летчика, совершившего ошибку, изгоя-уголовника?

Материалы дела. Из обращения доктора медицинских наук, профессора психологии труда, заслуженного деятеля науки в области авиакосмической медицины, генерал-майора В.А.Пономаренко к руководителю военного следственного управления СК России по Балтийскому флоту генерал-майору юстиции Шаршавых С.А.: «Глубоко убежден, что совершенная летчиком старшим лейтенантом Сергеем Нефедовым ошибка при посадке не является поводом для привлечения его к уголовной ответственности. …подобный прецедент в авиационной практике неминуемо приведет к ужасным последствиям.

Летчики откажутся летать, так как будут знать, что за любую ошибку в подготовке, обучении, переучивании подвергнутся уголовному суду».

Попало в отчеты — назад дороги нет

Как рассказали сослуживцы Сергея, никто из них поначалу даже не думал, что дело примет настолько крутой оборот.

Обычно механизм рассмотрения подобного рода дел в авиации следующий: служба безопасности полетов Минобороны проводит предварительное разбирательство, после которого дает заключение о том, имелось какое-то нарушение в плане подготовки полетов или просто была ошибка пилота.

В данном случае проступок Нефедова был определен как ошибка, не более того. Уголовное дело, правда, в любом случае возбуждается, но затем на основании имеющихся экспертиз и заключений самых разных специалистов, доказывающих, что имела место ошибка, уголовное дело прекращается.

Однако на сей раз военная прокуратура пошла «ва-банк». Как сказал один из командиров Нефедова, «там прямо из кожи вон лезли, чтобы обвинить пацана». Когда командиры Сергея услышали, что суд первой инстанции — он состоялся в феврале 2017 года в Черняховском гарнизонном суде Калининграда — вынес приговор: два года условно с выплатой ущерба 27 млн рублей, они тут же спохватились: как так? Начали действовать, но оказалось поздно. Военная прокуратура уже записала это дело в свой актив.

А у нас ведь как? Что попало в отчеты — тому назад дороги нет. Но апелляция все же подана была. Суд второй инстанции в марте 2018-го отклонил это решение, направив дело на доследование.

Материалы дела. Из постановления апелляционного суда: «…Не проверялась в ходе расследования уголовного дела и вероятность возможной ошибки Нефедова, исключающей какую-либо ответственность, связанную с наличием недостатков и особенностей самолета. О возможности допущения такой ошибки свидетельствуют...» (далее следует перечень представленных суду документов).

Кроме того, апелляционный суд определил, что сумма ущерба в 27 млн рублей, назначенная к выплате Нефедову, необоснованно завышена, так как за расчет бралась стоимость новых деталей, которые во время ремонта на поврежденный самолет не ставились.

фото: Из личного архива
Курсантские будни.

Этот финансовый пункт с пересчетом ущерба стал буквально палочкой-выручалочкой для следователей. Сейчас они катаются по стране, всюду выясняя, сколько может стоить такой ремонт самолета с использованием «бэушных» деталей. При этом они усиленно стараются не замечать тот пункт апелляционного постановления, где берется под сомнение сам факт вины летчика, которая якобы тянет на уголовное наказание.

- А как вы думали? — рассуждает мой знакомый армавирский летчик. — Прокурорские, может, и сами рады были бы отменить все то, что «замутили», но в таком случае придется ведь кому-то из них отвечать. А кому охота?

Говорят, думали прекратить дело «по вновь открывшимся обстоятельствам», но и это оказалось не так просто. Вот и дожимают теперь дальше. А так, глядишь, «подвинутся» по ущербу, снизят сумму выплаты, и получится: вроде как апелляционное решение исполнили и себе особо не навредили.

То есть получается, что вопрос апелляции упирается исключительно в деньги: больше их придется платить или меньше. А летчик назначен виновным априори. Его судьба следствие, похоже, не беспокоит. Хотя, казалось бы, логика расследования должна быть совсем другой: сначала необходимо определить степень вины Нефедова, а затем уже начать подсчитывать, какой в результате этой вины был причинен ущерб государству.

Но пока ущерб государству наносит лишь само следствие. Оно тянется с мая 2017 года. Самолет, из-за которого поднялся весь этот сыр-бор, давно летает, а летчик — нет: подследственному летать запрещено.

Трудно представить, что все это делается в интересах государства. А что было бы, если б военные следователи вот так же работали во время Великой Отечественной войны? Думаю, наша авиация недосчиталась бы в своих рядах десятков ныне известных всему миру асов.

фото: Из личного архива

К примеру, кто не помнит легендарного летчика, трижды Героя Советского Союза Александра Покрышкина? Его называли «небесный ужас фашистов». Когда он вылетал на задание, в немецкий авиаэфир неслось предупреждение: «Внимание, Покрышкин в воздухе!». Но мало кому известно, что первым самолетом, который сбил Покрышкин, был наш советский бомбардировщик Су-2. По ошибке он принял его за немецкий самолет.

Позже знаменитый летчик не раз говорил, что если бы среди следователей НКВД тогда не нашлось умных, порядочных людей, его военная карьера могла закончиться не начавшись.

Из воспоминаний маршала авиации, Героя Советского Союза, заслуженного военного летчика СССР Ивана ПСТЫГО: «В конце июня 41-го в Молдавии две девятки наших самолетов пошли бомбить переправу. Я вел свое штатное звено.

Мне в воздухе штурман докладывает: «Истребители прикрытия подошли, теперь веселее пойдем!». Тут один «МиГ» развернулся и врезал по моему командиру эскадрильи — Гудзенко Михаилу Ивановичу. Су-2 задымился и пошел вниз. В «МиГе» летел Покрышкин, тогда капитан. Мы отбомбились, вернулись. Командир полка приказал мне на По-2 лететь на место падения. Командир был жив, а у штурмана три пули в сердце. Выкопали могилу, дали из пистолета салют».

…В июне 2018-го старшему лейтенанту Нефедову надо было проходить в Москве плановую врачебно-летную комиссию (ВЛК), без заключения которой офицер не допускается к полетам. Но следователь написал командиру части, чтобы тот ни в коем случае не отпускал своего подчиненного ни в командировку, ни в отпуск, поскольку идут следственные действия.

В результате вовремя пройти ВЛК Нефедову не удалось. Лишь спустя три месяца, после вмешательства адвоката, Сергея выпустили на ВЛК к столичным медикам.

Военный летчик Нефедов в Черняховске выходит из загса с молодой женой Светланой.

Но через неделю после того, как он успешно прошел всех врачей, от зубного до психиатра, следователь снова направил его в Москву, уже в 111-й центр Минобороны на повторное психиатрическое обследование, чтобы выяснить: нет ли у него психических отклонений, различает ли цвета, элементы кабины и т.п.

Для чего все это нужно, пока можно лишь гадать. Хотя, мне кажется, если бы никому не известный старлей вдруг оказался невменяемым, для следствия это стало бы выходом: вроде как и волки сыты, и овцы целы. Но результаты обследования, которое Нефедов прошел 8 октября, еще не готовы. Почему так долго? Может, задача, стоящая перед врачами, оказалась слишком сложной?

Ведь если заключение психиатрической экспертизы, которую затеяло следствие, окажется в пользу старшего лейтенанта, следствие просто обязано будет снять с молодого летчика «уголовную» статью. А что это означает? Правильно: что наказан будет тот, кто его под нее подвел.

- Ну а как вы думали? — прокомментировал эту ситуацию один военный юрист, попросивший не называть его имени. — «Палочную» систему ведь никто не отменял. Работу правоохранителей у нас по-прежнему оценивают не по снижению преступности, а по раскрываемости.

Есть количество зарегистрированных уголовных дел. И есть количество раскрытых. Они же между собой могут не коррелировать. Но чем ближе друг к другу эти цифры, тем эффективнее работа правоохранительных органов. А то, что за этим могут стоять судьбы людей, — дело десятое. Лес рубят — щепки летят.

…На сей раз «щепкой» может стать судьба Сергея Нефедова — гвардии старшего лейтенанта морской авиации Балтийского флота. Человека, который всю жизнь хотел стать классным военным летчиком. И даже сейчас с этой надеждой все еще не расстался.

Между тем

Согласование с городскими властями места и времени проведения митинга в защиту военного летчика Сергея Нефедова затянулось. Поэтому его инициаторы решили пока провести собрание ветеранов. Оно состоялось в Армавире во вторник. На него пригласили представителей СМИ и местное телевидение.



Источник: https://www.mk.ru/social/2018/11/28/koshmarnoe-delo-voennogo-letchika-nefedova-dovelo-oficerov-do-mitingov.html?utm_refe
Категория: Критик | Добавил: CHEGRASH (29.11.2018) | Автор: Ольга Божьева
Просмотров: 15 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright uCoz™ © 2018
Используются технологии uCoz